February 21st, 2008

из H-Judaica

На вопрос некой дамы из какого-то христианского заведения, есть ли связь между "рехем" и "рахамим", отвечает Йона Сабар:

Re: reHem: raHamim. There seems to be an etymological link betweencertain parts of the body and certain emotions popularly ascribed tothem, e.g. kaved 'liver' and kavod 'honor' (and they eveninterchange: samaH libbi ve-yagel kvodi); klayot 'kidneys' and'regret' (e.g. musar klayot ; yisseruni kilyotay); and almostuniversally - 'heart' is assumed to be the "source" of love,courage, strength, thought, and several other emotions.; cf. alsoEnglish guts = 'courage'; Israeli Hebrew betsim 'testicles' or dam'blood' = 'courage' ('en lo betsim/dam').

PS. Странно, что люди не заглядывают в словари. BDB сообщает, что, предположительно, исходное значение РХМ "мягкий" и что "рахамим" это сострадание и братская любовь, т.е. отношение друг к другу со стороны кровных братьев, вышедших из одной рехем. Не то, чтобы это звучало бесспорно, но приплетать gut feeling и "йеш ло бейцим" гораздо сомнительнее.

PPS. А вообще ведь и хесед, и рахамим, похоже, маскулинные качества. (Ну в каббале и т.п.)

про multiculturalism и diversity

Я всегда полагал себя сторонником мультикультурности и культурного разнообразия, главный тезис которого, как мне казалось, лучше всего выразил В. Жаботинский:

«Лучше всего, прекраснее всего в мировой культуре — ее разнообразие. И именно в этом множестве форм, а не в количестве результатов состоит главное богатство человеческой цивилизации. Если бы маленький двухмиллионный народ Норвегии вместо того, чтобы «расходовать силы» на создание собственной культуры, записался бы в немцы, то не было бы в мире этого своеобразного, ароматного, индивидуально ценного Божьего букета, который называется норвежской литературой»

Замечу, что Жаботинский -- это идеолог правых еврейских национаолистов, живший в первой половине ХХ века. И приведенная цитата не является случайным его высказыванием, она "програмная".

Странным образом, современные последователи Жаботинского являются убежденными противниками мультикультурализма. А современные сторонники культурного многообразия понимают его не в духе приведенной выше цитаты, а как-то совсем иначе. Когда я говорю людям «я за мультикультурное общество», я то имею в виду, что я за идеи Жаботинского: чтобы сосуществовало множество разных культур, а не одна имперская все подавляющая. А люди понимают это как-то совсем иначе, что я типа за права арабов на землю Израиля или за поблажки нелегальным иммигрантам в США. Удивительное дело.