April 21st, 2017

Коллоидно-гебраистическое

Веду в Технионе свой спецкурс про поверхности для аспирантов. На него ходят три человека - китаец-докторант (умненький, как все китайцы) и два израильтянина-мастеранта. Проходим мы пока все, связанное со смачиванием и капиллярностью. И вот оказалось, что пeред нами в той же аудитории курс на какую-то похожую тему. На доске после них постоянно остаются формулы, которыe мы тоже изучаем, вроде уравнения Юнга-Лапласа или формулы Журена для капилляров. А стирать с доски после себя они не считают нужным. Я вчера вхожу в аудиторию, вижу на доске знакомые формулы и спрашиваю своих студентов: это вы написали? Они мне сообщают, что нет, здесь до нас полчаса назад был курс, который называется תווך פן-ביני, но что это значит, они понятия не имеют. Я, конечно, ухватился за незнакомое слово и стал выспрашивать, что это может значить. Ясно, что תווך - это что-то вроде medium, среда (вот тут недавно иранская песенка "Боро-Васат" мелькала, васат, мутавассат, это тоже оно). А что за загадочный Пан-Бейни? - пристал я к ним. В моей полу-гуманитарной голове вертится только бог Пан (в честь которого назван Баниас) и латинская приставка pan в смысле "все-". "Все-промежуточная среда"? Студенты, потупив в телефонах, сказали, что פן-ביני означает "интерфейс". Окей, но почему "пан"? Студенты, еще потупив, сказали, что פן это единственное число от слова פנים ("лицо" или "поверхность"), так им их смартфоны сообщают. Тут уж гебраист во мне возмутился: такого не бывает и не может быть! Вы еще скажите, что шам - это единственное число от слова шамаим, а ма - это единственное число от слова маим. Вот до сих пор пребываю в недоумении, ивритская вики говорит: פן ביני הוא אזור הגבול בין אקוויפרים. и использует его с артиклем как הפן הביני בישראל. Мой старомодный словарь Дрора знает только פן "вид, образ". :)

Предыстория научных революций: от прото-теории относительности до прото-грамматики

Переписал текст про "прото-знание", который уже ставил здесь. http://duchifat.livejournal.com/2004761.html#comments Изменил предисловие и окончание, поскольку были справедливые замечaния, что не вполне понятно, к чему и какие выводы.

Предыстория научных революций: от прото-теории относительности до прото-грамматики

В этом эссе я хочу обсудить историю нескольких довольно известных научных открытий, точнее, научных теорий. При этом я постараюсь рассказать о них под необычным углом зрения. Дело в том, что любая революционная теория имеет свою предысторию. Как правило, новые идеи кристаллизуются из уже существующего знания, на которое начинают смотреть по-новому. Вот тогда и возникает новое понимание. Каким же образом происходит этот "фазовый переход" от известного к известному же, но понятому по-новому?

Hауку частo отождествляют с естественными науками, развивающимися благодаря экспериментальным исследованиям. Большинство современных научных работ обусловлено возможностью провести новые измерения. Например, в той области, которой я занимаюсь профессионально, трибологии (исследовании трения), появление новых приборов (допустим, сканирующего атомно-силового микроскопа, позволяющего измерять силу трения на нано-масштабе) сделало возможным измерить трение на почти атомарном уровне. В результате, начиная с 1990х появилось большое количество новых публикаций, и возникла новая научная дисциплина – нано-трибология. Представление о том, что наука лишь систематезирует экспериментальные факты, укоренилось настолько, что многие убеждены, что единственная цель научной теории - описывать и предугадывать экспериментальные результаты. Более глубокие исследователи возразят, что цель науки не в этом, а в том, чтобы дать понимание. "Понимание" вещь не слишком четко определенная. Вот и хотелось бы разобраться, как возникает новое понимание.

Не всегда новые научные направления связаны с появлением новых эксперимeнтальныx данных. Зачастую все необходимое для появления нового знания уже имеется, нo не хватает самого последнего толчка для приведения его в систему. Oбратить внимание на такое "прото-знание", существующее в некоторой зачаточной форме, на мой взгляд, крайне интересно для понимания того, как возникают новые теории.

* * *

Collapse )
* * *


Подведу итоги приведенным выше примерам. "Протознание" подобно перенасыщенному раствору, из которого может в любой момент кристаллизоваться новая фаза вещества. Kристаллизация систематического нового знания из уже имеющегося в наличии материала представляет собой нетривиальный процесс. Противопоставление несистeматизированного знания и новых теорий может быть может быть интересно рассмотреть с точки зрения философии диалога -- направления мысли, которое развивает другой иерусалимский мыслитель, Илья Дворкин.

Философия диалога, возникшая в начале ХХ века, подчеркивает дуальность человеческого опыта, который одновременно является индивидуальным и социальным, и затрагивает разные области, от логики до теории познания. Более традиционные эпистемологические теории говорят о "субъекте" и "объекте". Социологические теории, такие как марксизм, напротив, говорят о коллективном классовом опыте и знании. В отличие от них, для философии диалога существует Субъект и Субъект-2 (или "Я" и "Другой"). При этом "Другой" не является объектом, поскольку он во многом аналогичен Субъекту, хотя и является внешним по отношению к последнему. В диалоге "Я-Другой" осуществляется созидательная деятельность и возникает новое знание.

Вот пример. Изучать физику, теоретически говоря, можно двумя способами. Либо проделывая самостоятельно опыты, на которых основаны физические теории, либо доверяя учебнику. На практике, конечно, при освоении курса физики никто не повторяет все эксперименты, описанные в учебнике, ограничиваясь минимумом лабораторных работ. Мы доверяем учебникам, то есть чужому опыту, но можем получать знание и самостоятельно. Знание, полученное самостоятельно, и знание, усвоенное через опыт Другого (например, из учебника), должны соотнестись друг с другом и "уложиться на одну полочку". Изучать иностранный язык тоже можно двумя способами: осваивая грамматику или погружаяcь в языковую среду. Обращение к грамматике аналогично обращению к учебнику физики, поскольку использует знание, наработанное другими людьми.

Человек – социальное существо, и в нашей голове "прошит" мощный логический аппарат, позволяющий комбинировать знание, полученное в результате взаимодействия с другими людьми и социумом, с нашим личным опытом. Человек работает как с записанными данными и решениями, так и со вновь получaемыми. Одна из семи знаменитых проблем современной математики, выдвинутая на премию Клэя, это проблема эквивалентности классов алгоритмов P и NP, которую можно интерпретировать так: всегда ли проще проверить решение задачи, чем вывести его заново? Возможность опирирования с записями знания имеет фундаментальное значение. Физик Ли Смолин отмечает, что анализируя развитие во времеми тех или иных явлений (самый простой пример - механическое движение), мы никогда не имеем дело с прошлым непосредственно, а лишь с записями данных о прошлом. "Критический переход" от протознания к систематическому пониманию аналогичен переходу от непосредственно получаемого в опыте к записываемому.

roman_kr дал ссылку на интервью гламурного молодого математика из Петербурга

http://inde.io/article/4221-matematik-roman-mihaylov-shizofreniya-prosto-hohochet-nad-etim-voprosom
Юзер roman_kr пару дней назад дал ссылку на математика из Питера Романа Михайлова, который является медиаперсоной и гонит прикольный эзотерический бред:

"Существуют универсальные принципы развития сложности. Это та сложность, которую мы видим вокруг, — она может проявляться в разнообразии форм, сюжетов, объектов, задач, кода. Это близко к идее каркаса, к универсальной грамматике Ноама Хомского, к тому, как он видел формирование любого языка. И то, что заложено в основе этих принципов развития сложности, — и есть глубинная природа. Поддеть их крайне сложно, потому что мы чаще всего видим следы, которые связаны с определенным языком. То есть мы уже говорим об этих следах на языке, который вторичен по отношению к системе, и, формулируя на этом языке свойства следов, мы теряем моменты создания сложности."

"Если бы меня попросили оставить всего одну концепцию, то это была бы естественность-категорность, потому что она видит мир не как набор объектов, а как совокупность связей между ними, а это разные вещи. Если ты смотришь на текст через связи, раскрывается то, что называется структурой. То есть структура — это не набор объектов, а набор связей."

"Начну издалека: математика делится на две части — физическую и лингвистическую, с этим все более или менее согласны. При этом математики, занимающиеся разными частями, практически не понимают друг друга. Одна часть работает со сплошной средой, а другая — с текстом. Это принципиально разные вселенные. "

"Единственный способ борьбы с фашизмом, который я указываю в «Равинагаре», — это шизофрения. Шизофрения как структура в смысле набора связок и растущей сложности. Шизофрения вполне может принять фашизм и начать на него работать до определенного момента, и фашизм не заметит, что происходит уничтожение его самого. И именно таким образом возможна борьба."

"Румяные объекты... Представьте себе разрушающуюся среду. Это предвкушение катастрофы. Очень многое разрушится через несколько мгновений. Но некоторые объекты останутся. Дом разрушается, и ты не можешь предсказать, какие объекты останутся — может уцелеть хрустальная люстра, которая вроде как должна разбиться первой. Это возможно. Объекты, которые остаются после разрушения, называются румяными объектами. Они проявляют себя только после катаклизма, как щеки, которые румянятся только на морозе. Это относится и к упорядоченным символическим дорожкам, о которых я буду говорить, и к колодам карт. В колоде карт есть румяные объекты. Сборки книг — это связано с моим интересом к кашмирскому шиваизму. Может ли компьютер написать аналитический текст по кашмирскому шиваизму, какие методы сборки нужны для этого?"

"Хотел бы застолбить за собой жанр «научрейв» как противопоставление научпопу, который мне ненавистен во всех проявлениях. Научрейв близок к тому, что я делаю на публичных выступлениях, — это разворачивание внутренней лаборатории, когда ты выстраиваешь теорию здесь и сейчас."


По первому впечатлению показалось, что никакой он не математик (покажите его научные работы?), а типичный медийный болтун, эксплуатирующий про-путинские настроения 86% (там и антиамериканизм, и рассуждения, что он не из интеллигенции, а из рабочих и русский из Латвии со всеми вытекающими). Однако рассуждения чем-то напомнили мне слышанную давнюю запись лекции филдсовского лауреата Воеводского об объединении математики (http://www.heidelberg-laureate-forum.org/blog/video/lecture-thursday-september-26-vladimir-voevodsky/). И оказалось, что так и есть, в частности, есть в ЖЖ всем кроме меня известное интервью в двух частях Михайлова с Воеводским на эзотерические темы (http://baaltii1.livejournal.com/200269.html). Про совпадения "синхронию" (люди там грамотные, вспомнили и С. Э. Шноля), про духов, про живущий рядом с нами нечеловеческий разум, и прочее. :)

Насколько я понимаю (а я в этом совсем ничего не понимаю), Воеводский предлагает некое объединение алгоритмов, логики и теории категорий (см., напр., таблицу здесь http://maxim.livejournal.com/412523.html), про это можно попробовать прочитать, например, здесь https://hott.github.io/book/nightly/hott-ebook-1075-g3c53219.pdf

Забавно при этом, с одной стороны, что это приводит к шизофрении в таком вот почти явном виде. А с другой стороны, как вот эта нащупанная Михайловым модная само-презентация вызывает интерес публики (скажем, тот же М. В-цкий, несмотря на всю левизну, за пределами интернета никому не известен, а тут явно другое).