מכל מלמדײ השכלתי (duchifat) wrote,
מכל מלמדײ השכלתי
duchifat

В четверг по радио NPR слышал длиный сюжет про легальных иммигрантов-профессионалов (программистов, ученых, медсестер) и проблемы с длительным ожиданием гринкард и установленными законом низкими квотами на иммиграцию. Думаю, сбывается мой прогноз, если в какой-то момент сельхоз и строительный бизнес, наживающийся на нелегалах, сумел перехватить инициативу и hijacked обсуждение иммиграционной реформы, сведя ее к проблеме нелегалов, то теперь более широкие слои общества подключаются к обсуждению проблем иммиграции. Каждая группа захочет, чтобы реформа облегчила положение и ей тоже, в результате и Конгресс придет к более сбалансированному варианту.

А конкретно говорили о том, что, с одной стороны (1) проблема нехватки ученых и инженеров должна бы решаться рыночными механизмами (повышение стартовой зарплаты ученых и инженеров, увелечение предложения хорошего образования университетами), а ввоз иностранцев «закорачивает» рыночную обратную связь. С другой стороны (2) бизнесы не могут ждать 10 лет пока университеты перестроются и начныт готовить ученых и хороших программистов, им нужны дешевые кадры сейчас, иначе они будут все больше идти на аутсорсинг, и рабочие места будут уходить в Индию, Китай и Мексику.

Перед выборами 2004 г. я думал на эту тему. Что лучше – если рабочие места будут уходить в Индию (как хотели республиканцы), или если рабочие места будут оставаться в Америке, но занимать их будут приезжающие из Индии инженеры (как хотели демократы). Вопрос не так однозначен, как кажется на первый взгляд. Я решил, что все же лучше если индийские инженеры, программисты и ученые будут работать в американских фирмах в своей стране.

Почему американцы не хотят заниматься наукой? В инженерных науках среди молодых ученых с PhD практически только иностранцы. Я никогда не встречал постдока-американца, если не считать NRC постдоков, а из десятков недавних докторов и докторантов в нашей сфере могу припомнить только одного американца (парень сразу после окончанния стал профессором в Алабеме).

Первое, что приходит в голову, это, что, возможно, дело в низких зарплатах, привлекательных только для иностранцев. Наука –интернациональное занятие, большинство работ и позиций открыты для иностранцев, китайцы или индийцы согласны работать за сравнительно небольшую зарплаты, скажем, 30-40 тыс. в год, поскольку это все равно больше зарплат в Китае и Индии, а американцы, потратившие 10 лет на учебу после школы, хотят получать 70-100 тыс, вот они и не идут в науку.

Однако только недостаточными зарплатами, сбиваемыми дешевой азиатской рабсилой, ситуацию не объяснить. Не так уж мало все же ученые получают, и жизнь их в Америке отнюдь не назовешь недостойной. По сравнению с шахтерами в Западной Вирджинии ученые получают уж точно не меньше, а катаются как сыр в масле. Работа ученого, университетского профессора весьма привлекательна по многим причинам (независимость, возможность заниматься творческой деятельностью, постоянство и уверенность в завтрашем дне, которой нет в бизнесе), и отнюдь не означает жизнь в нищете. Скажем, художники, музыканты и всяческие другие творческие люди живут не лучше ученых, но американцы туда идут, как идут они и в гуманитарные науки, где заработки отнюдь не выше, чем в инженерных. Так в чем же дело? Видимо, дело тут и в общем упадке образования, выпускники американских школ и колледжей в большинстве не готовы к научной работе и не в состоянии конкурировать с китайцами не только из-за того, что те согласны работать за гроши, но из-за более высокого уровня подготовки последних.

Некоторые количественные выводы можно сделать на примере нашего института. Обычный постдок получает 35 тыс., и американцев там нет, только китайцы и другие иностранцы. NRC постдок получает 57 тыс., иностранцев туда не берут, и среди NRC постдоков много американцев (правда, не в моей специальности), и примерно поровну урожденных и натурализованных (как я) граждан США. За 35 тыс. молодые американцы не согласны заниматься наукой, а за 57 тыс. согласны. Думаю, эти 20 тыс (плюс бенефиты) и составляют тот компонент проблемы, который создает иммиграция. Другими словами, на 20-30 тыс иммигрантская рабсила сбивает зарплату в науке, то есть примерно на треть. Треть проблемы из-за иммиграции, две трети из-за нежелания самих американцев заниматься наукой, из-за того, что наука (по крайней мере, инженерная) не является приоритетной ценностью современного американского общества.

Добавлю еще, что «нехватка ученых» это во многом миф, если на одну позицию несчастного ассистента профессора во Флориде претендует 500 кандидатов. Каждый из этих 500 может быть хорошим преподавателем, и если их число сократить на 490, оставив 10 местных, то выбор у университета будет все равно большой, и уровень преподавания не упадет, зато существенно сократятся пустые расходы и усилия на перемалывание бесчисленных бумажек, на переезды, вырывание семей (супругов, детей, родителей) из одного географического пункта в другой. Если Эйнштейн приедет и подаст им заявку на общих основаниях, среди 500 претендентов его все равно не заметят, а возьмут какого-нибудь среднячка, у которого в масть ляжет карта и будет лучшее совпадение ключевых слов в резюме и складные ответы на интервью.
Subscribe

  • (no subject)

    Ничо так? На шкафу у меня над книгами по нанотехнологии и трибологии - алтарь Элегуа. 21 каждого месяца - его день.

  • (no subject)

    NSF прислало анонимный опросник с вопросами о том, как я оценимаю их процесс рецензирования и присуждения грантов. Как обычно, ничего по существу…

  • (no subject)

    Ну что, добавить мне в раздел благодарности статьи " M.N. thanks Eleguá for Abre Caminos"?

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments