מכל מלמדײ השכלתי (duchifat) wrote,
מכל מלמדײ השכלתי
duchifat

Categories:

еще из Мирзаянова

Еще из Вила Мирзаянова, как он в 1985 стал начальником отдела Противодействия иностранным техническим разведкам (должность полковника КГБ, которого он как-то подсидел) и секретарем парторганизации всех подразделений КГБ в своем ящике. По-моему, не менее сильно, чем история как 29-летний аспирант поехал в газету "Известия" стучать на бывшего научрука.

http://libed.ru/knigi-nauka/224953-5-1-glava-otkuda-vzyalsya-etot-mirzayanov-kogda-zadumivayus-tom-chto-nachale-90-h-godov-zastavilo-menya-vistupit.php

"Начальником отдела ПД ИТР (к тому времени эта служба в институте приобрела статус отдела) был назначен пожилой полковник в отставке, до этого работавший в министерстве. Новый начальник ПД ИТР ГСНИИОХТ привёл с собой ещё троих людей, также отставных военных, работавших до этого в технических подразделениях КГБ.

Это событие совпало с заменой директора по режиму Дука молодым майором КГБ Мартыновым, который в свое время, закончив Московский химико-технологический институт, был направлен на работу в ГСНИИОХТ. Но здесь будущий офицер КГБ долго не задержался и был направлен на учёбу в Академию КГБ для того, чтобы уже легально служить в чекистских рядах.

И вот в такой обстановке мне в голову пришла идея... возглавить отдел ПД ИТР.

С этой идей я отправился к своему другу начальнику планово-экономического управления министерства минеральных удобрений СССР Николаю Маслову, который долгое время работал также в МХП на руководящих должностях. В одно время он был заместителем начальника главного управления "Оргсинтез", которому подчинялся ГСНИИОХТ, и поэтому неплохо знал отрасль и деятельность институт. Иногда мы по случаю праздников встречались с Николаем в обществе его сослуживцев, среди которых был и А.Иванов, со временем оказавшийся на работе в сектор отдела химии ЦК КПСС, отвечающем за ВХК. После увольнения генерала Кунцевича в 1994 году он в течение года возглавлял комитет по конвенциональным проблемам биологичекого и химического разоружения при Президенте России.

Моя идея понравилась Николаю и он тут же по высокочастотной связи позвонил А.С.Иванову. Тот быстро понял, чего мы хотим, и пообещал переговорить с директором ГСНИИОХТ Петруниным. Это означало, что вопрос решён. Через несколько дней Петрунин вызвал меня и сообщил, что решил назначить меня на важный и ответственный пост начальника отдела противодействия иностранным техническим разведкам. Добавил, что для этого требуется формальное согласие министерства химической промышленности, которое, как он надеется, будет получено.

. . . . . . .

Возглавив отдел, я одновременно стал членом Учёного Совета и многочисленных его секций. Кроме того,меня включили в многочисленные комиссии, работающие по линии отдела режима и первого отдела.

Несмотря на натянутые отношения, сложившиеся между мной и заместителем директора по режиму, он был вынужден меня терпеть и по возможности сотрудничать. Помню, он как-то даже пригласил в институт более десятка людей из КГБ для того, чтобы те прослушали мою лекцию, посвящённую основам организации ПД ИТР.

Мне пришлось уступить напору коллектива, и я был избран секретарём первичной партийной организации, куда входили коммунисты моего отдела, отдела режима, первого отдела и отдела специальной связи.

Эта должность отнимала много времени, поскольку бесконечные заседания парткома и его комиссий по поводу и без него сильно осложняли работу. Я нашёл хороший выход из положения, добившись, чтобы заместителем был избран С.Соколов, который к тому же был назначен моим заместителем по отделу ПД ИТР. В обязанности секретаря входил также ежемесячный сбор членских взносов, для чего члены партии должны были представить данные по своей заработной плате. Так я узнал, что заместитель дректора по режиму является майором КГБ и заработную плату получает на Лубянке.

Из личного дела ещё двух членов моей организации я установил, что один из них, Иван Суринский, подполковник в отставке, был начальником тюрьмы в Сибири, а другой-заместителем начальника по политической работе тюрьмы в Алтае.

Всё это создавало во мне отрицательное настроение. Я начинал чувствовать, что моя попытка получить приборы, помещения и людей для развёртывания научно исследовательской работы постепенно втягивала меня в круг каких-то тёмных, страшных людей, которых я никогда не уважал. Я довольно эмоциональный человек и мне порой трудно сдерживать свои чувства. Не могу сказать, что мне свойственна грубость, но со временем я часто обнаруживаю, что моя антипатия становится явной."
Subscribe

  • Pierce’s Abduction of Science: Is Anti-Intellectualism of American Universities Rooted in Pragmatism

    Пишу злобную анти-американскую статью про измерение науки деньгами. Выложу-ка сюда кусок черновика, может, у кого какие замечания? Я, в частности,…

  • (no subject)

    На мой взгляд (это я все про трактат Аркадьева думаю), бесконечность возникает не в языке (с его потенциальной возможностью бесконечной рекурсии) а…

  • (no subject)

    Правильно ли я понимаю, что слово "Европа" происходит от финикийского слова для Запада, однокоренного с эрэв, маарав, Магриб и т.п.?

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments