מכל מלמדײ השכלתי (duchifat) wrote,
מכל מלמדײ השכלתי
duchifat

Categories:

новый роман писателя и френда lev_usyskin

Поскольку читать, ничего не написав - время на ветер, написал рецензию на новый роман дирижабля и человека писателя и френда lev_usyskin. Ну, из меня литературный критик еще тот, поэтому строго относиться к моим сообржениям не надо. Роман хороший, читать стоит:


На одном дыхании прочитал новый, еще не опубликованные роман Л. Б. Усыскина "Ключ в двери", являющийся отчасти современным вариантом "Лолиты". Фабула строится вокруг решения главного героя, одинокого 45-летнего Игоря, нанять 20-летнюю содержанку Софию, неопытную и ищущую своего места в жизни, и того, что из этого вышло. Как все произведения Усыскина, роман отменно написан и не отпускает читателя закрученным, но вполне реалистичным развитием сюжета.

Автор мастерски владеет словом, ему подвластны описания переживаний героев, бытовых мелочей и реалий питерской жизни. В повествование вплетены странные названия питерских улиц - вместе с героями мы блуждаем от Болотной и Институтского, через Тореза и Первый Муринский, до Пионерской и Джамбула. Избыточные детали, разбросанные по роману, дают ощущение реалистичности и трехмерности. Вот герой паркует машину в переулке у реки Карповки, вот памятник Попову, а вот он почему-то неожиданно решает пообедать со своим товарищем в медлительном еврейском ресторане, где они обсуждают особенности пастеризации кошерных вин (кстати, и главная героиня выведена еврейкой). Хулигански вписан в цепочку событий известный критик и писатель-фантаст, с которым мы встречаемся на пороге борделя для гастарбайтеров.

Повествователь отстранен от лирического героя - рассказ ведется как воспоминания о событиях, случившихся несколько лет назад, а кульминационная 27ая глава, рассказывающая об организованной Игорем встрече со своим конкурентом, 17-летним любовником Софии, вообще написана высоким штилем торжественного отчета. На этом фоне безупречного владения стилем, мне показалось странным разбросанное по тексту экспериментирование со словами-паразитами вроде "короче", "значит", и новомодными выражениями типа "совсем от слова вообще".

Роман наполнен физиологическими описаниями секса и переживаниями героя, то возвращающего к своим детским воспоминаниям, то тщетно пытающегося понять мир двадцатилетних и преодолеть поколенческий разрыв с собственной дочерью, ровесницей Софии, то вспоминающего свою школьную первую любовь.

Если погружение в рефлексию героя разрушает расхожий стереотип, будто мужчины одноклеточны и не способны к "тонкой душевной организации", то всегда прямолинейные описания секса, все эти бесконечные "волосы на лобке" и "соски" у женщин Игоря, скорее укрепляют сомнительный миф о том, будто мужчина всегда хочет и всегда готов, и, возможно, в большей мере выражают мужские фантазии о послушной партнерше, чем реальное место секса в жизни 45-летнего и в отношениях.

Это не история о мужском кризисе среднего возраста. Герой полон энергии, не пресыщен жизненной рутиной, и он вовсе не горит желанием что-либо в своей жизни переменить. Вообще как раз рутины и усталости в романе нет. В отношениях с малолеткой Игорь не взыскует своей ушедшей молодости, а скорее уж ищет "портал" (слово, использованное в романе в другом, но похожем контексте) в загадочное будущее, вытекающее неведомо откуда и уверенно становящееся настоящим. Но он и упивается высотой собственного жизненного опыта.

Что же в сухом остатке? В чем смысл, в общем-то, заведомо не имеющей шансов истории отношений 45-летнего и 20-летней? Герой размышляет: «Чего стоит твоя уверенность в знании людей, скажи на милость? Ну, что ты знаешь о людях такого? Что ты вообще можешь знать – ведь люди тебя не интересуют вообще. Сознайся же в этом: вообще от слова совсем. Нет-нет, ты, конечно, внимателен к ним, это так – но лишь в том, что может коснуться тебя самого. Люди для тебя – всего лишь твое личное обрамление, твой собственный мир, из которого вырезали тебя, и только. Своего рода декорации – ровно как у тех персонажей, что тебе отвратительны. Всего и разницы: они воспринимают людей как опасные, враждебные обстоятельства, тогда как ты – в качестве обстоятельств полезных и доброжелательных. Но и тут и там – как обстоятельства. А не как подлежащие или, хотя бы, сказуемые. И в твою куцую голову даже не приходит простая мысль о том, что все эти люди существуют от тебя отдельно, что они вообще о тебе не думают большей частью, что у них собственные цели и мечты.» И хотя роман заканчивается на позитивной ноте, никакого вывода или морали здесь, конeчно, не может быть вообще, от слова совсем.
Subscribe

  • (no subject)

    На здешних латинских танцевальных вечеринках не хватает партнерш. Мне, по крайней мере. Среди латиносов больше мужиков. Причем не то, чтобы девушек…

  • (no subject)

    Хотел написать про сальсу, но неожиданно отвлекся на фейсбук, который почему то решил, что мой аккаунт стал подозрителен и удалил его.

  • (no subject)

    Если в офис стучится кто-то, рассуждающий про то, что у меня недостаточно грантов, нужно его встречать приветствием: - Деньги принес? - ...??? - Ну,…

  • Post a new comment

    Error

    Comments allowed for friends only

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments